Начать новую тему Ответить на тему
 Страница 13 из 14  [ Сообщений: 200 ] • Оценка темы: Всего оценок 1, средний балл 1.00 .Всего оценок 1, средний балл 1.00 .Всего оценок 1, средний балл 1.00 .Всего оценок 1, средний балл 1.00 .Всего оценок 1, средний балл 1.00 .Всего оценок 1, средний балл 1.00 . 

Найти:
Аватара пользователяНе в сети
Новое сообщение04 дек 2017, 12:38   №181  
-
0 : 1
+
Почему мы выказываем недовольство другими? Почему раздражаемся на них, злимся? На то есть несколько причин. Во-первых, мы меряем другого человека своей меркой. Когда мы здоровы, когда у нас ровно бьется сердце, нормальное давление, когда оба глаза видят и оба колена гнутся, мы не можем понять другого человека, который чувствует себя плохо. У нас характер ровный, а тот человек холерик, или наоборот – он спокойней и прагматичней, чем мы.

«Я», которое царит в нашем сердце, заставляет нас смотреть на других людей сквозь призму собственных физических, психических и душевных свойств, и мы невольно считаем себя трафаретом, образцом для других. От этого в душе начинается буря: я делаю, а он не делает; я не устаю, а он жалуется, что утомлен; я сплю пять часов, а ему, понимаете ли, восьми часов мало; я работаю не покладая рук, а он отлынивает и рано уходит спать. Именно это характерно для человека гордого; именно гордый говорит: «Почему я это делаю, а он не делает? Почему я это соблюдаю, а он не соблюдает? Почему я могу, а он не справляется?»

Но Господь создал всех людей разными. У каждого из нас своя жизнь, свой жизненный путь, свои жизненные ситуации. Сытый голодного не разумеет, здоровый больного никогда не поймет. Человек, который не проходил через беды и искушения, не поймет скорбящего. Счастливый отец не поймет осиротевшего, потерявшего своего ребенка. Новобрачный не поймет разведенного. Человек, у которого живы родители, не поймет того, кто только что схоронил мать. Можно теоретизировать, но есть практика жизни. Мы часто не обладаем жизненным опытом, а когда мы начинаем его обретать, то вспоминаем тех, кого осуждали, с кем были строги, и начинаем понимать, что в тот момент были как пустышки. Мы не понимали, что ощущал этот человек. Старались назидать его, а ему было не до замечаний. У него от горя опустились руки, у него скорбела душа, ему не нужны были нравоучения и высокопарные слова. Все, что ему нужно было в тот момент – сочувствие, сострадание и утешение, но мы этого не понимали. И когда Господь нас проводит через то же самое, мы начинаем чувствовать то, что ощущал другой человек.

Вот один из признаков гордости – мы меряем других людей своей меркой. Когда мы поступаем так, это показывает, что в нас нет великодушия. А всего-то и нужно, что постараться не осудить другого человека, не раздражаться, а принять его таким, какой он есть, и постараться впустить в свое сердце. Но это сложно.

Протоиерей Сергий Филимонов

Аватара пользователяНе в сети
Новое сообщение08 дек 2017, 16:58   №182  
-
0 : 3
+
Беречь себя - необходимо, пока есть хоть одно живое существо, которому вы нужны. В блокадном Ленинграде работала врач, Эсфирь Львовна. И выдавала кормящим женщинам, истощенным и черным от голода, соевое молоко. Полстакана. И сурово следила, чтобы женщины выпили это молоко при ней. Потому что все они пытались перелить молочко в баночку; для младенца. И дистрофичная, с трещиной в черепе после бомбежки, Эсфирь Львовна говорила: "если вы не выпьете молочко, вы умрете. И ваш ребенок будет ползать в темной и холодной квартире рядом с вами. И тоже погибнет. Пейте, чтобы спасти своего ребенка!". И заставляла пить. Чтобы сберечь себя. И поэтому - берегите себя, хотя иногда эти слова звучат дико и странно. Как себя убережешь от злых людей, несправедливости, обременительных просьб, житейских бурь? И надо быть добрым, и всем помогать. Только ваш ребенок никому будет не нужен, если что плохое с вами случится. И близкие люди останутся без вас, и им будет очень плохо. А если нет никого, кому вы нужны - вы мне нужны. Раз я пишу каждый день, а вы - читаете. И заведите себе кого-нибудь, кому вы будете больше всего на свете нужны. И пейте молочко. Гуляйте на свежем воздухе. Плюйте на врагов. Иногда можно даже в них плюнуть, если это - фашисты. Ездите на курорты и покупайте себе красивые вещи, чтобы себя порадовать и дольше прожить. Оставаясь здоровыми и веселыми. И помогайте другим людям беречь себя. Этому так трудно научить, если человек не умеет, и привык жить для других. И умирать за других. Только умирать-то и не надо - как они без вас? Так что - берегите себя. И других, конечно, тоже. Особенно - своих близких и любимых...

Автор: Анна-Валентиновна Кирьянова


За это сообщение автора ГРУША поблагодарили: 2 LuNa82, stv
Аватара пользователяНе в сети
Новое сообщение12 дек 2017, 15:35   №183  
-
0 : 2
+
Жить с людьми - это как в купе ехать.
И ехать с учтивыми попутчиками так удобно, так хорошо.
Вещи поставить можно аккуратно под нижнюю полку - и другим место оставить. И кто-нибудь поможет чемодан наверх поднять.
И уступит нижнее место, если сам молодой и ловкий. Или мы уступим, если едет старушка или ребенок. И все выходят из купе молча, когда надо переодеться. И всегда подвинутся, когда пора ужинать. И угостят едой - но без навязчивости. И никто не скажет: "чего это вы жрете сахарозаменитель? Он вредный!". Может, и вредный. Но вот так вышло.

И все вежливо поговорят, не касаясь неприятных тем. Попьют чаю. И лягут в свои постельки, укроются одеялками и сладко уснут, чтобы встать бодрыми и отдохнувшими. А если ребенок заплачет - это ничего. Это же ребенок. Надо его по очереди покачать, позабавить - он и уснет.
И очень приятно ездить в таком хорошем купе. Где не надо объяснять ничего, просить выйти, когда переодеваешься, терпеть брань нецензурную или вопли...

И жизнь - она как поезд. Куда едем - неведомо. Но от нас зависит - как сделать путешествие приятным. Потому что, в сущности, деваться-то некуда. И всем надо ехать. И мало ли, какие у меня привычки и желания, словарный запас и жизненный опыт; я в купе не одна еду. Вот для чего нужны учтивость и вежливость. И понимание. И, может, Фрейд вовсе не из суеверия в поезде не любил ездить. Просто попутчики ему попадались неприятные. Большое счастье - иметь хороших попутчиков с румяными пирожками и добрым сердцем. И самому таким быть. Стараться, по крайней мере...

Анна Валентиновна Кирьянова


За это сообщение автора ГРУША поблагодарили: 2 финик, Вербена
Аватара пользователяНе в сети
Новое сообщение17 янв 2018, 13:00   №184  
-
0 : 4
+
«А я нищим подаю…»

(Из разговора с одной бабушкой)


– А я нищим подаю… Мне иногда говорят: «Бабка, да ты что? У них, вон, за углом у каждого по «мерседесу», а ты со своей пенсии будешь им последнее отдавать?» А я – что ж? Пенсия-то, она ж, как теперь говорят, хоть и маленькая, а все равно хорошая… сколько смогу, подам. Мне говорят: вот вы все, кто им подает, вы их развращаете подачками своими, они и не работают. А я думаю: лучше уж ошибиться и подать тому, кто на самом-то деле и не нуждается, чем в другую сторону ошибиться и не подать, кому на самом деле надо… Они, кому не надо-то, иногда и сами не берут. Говорят: бабуль, это мы лохов всяких стрижем, а у таких как ты брать – грех; давай-ка мы лучше тебе сами подадим. Так чудно говорят – лохов, говорят, стрижем. Мне смешно их слушать.. как говорят-то теперь, какими все словами…

А я ведь почему подаю? Мне семь лет было, когда нас с мамой и с сестрой в Германию угнали. Жили мы, правда, в лагере не для военнопленных, а для перемещенных… там все-таки полегче было. Но все одно – много народа померло с голоду. А я такая худая была… вот такая худющая, как стручок. И меня из-за этого никто не покупал. Других детей покупали в батраки, а меня – никто не брал. А я и рада. Вот – в четыре утра встаю, когда охранник на вышке устанет и не видит уже ничего толком… внимание-то уже рассеивается, поди-ка, подежурь всю ночь. И вот, я встаю, пролезаю в щель в заборе и иду в город. У нас ни колючей проволоки, ничего такого не было, один простой забор, дощатый… И вот я иду в город, побираться. Целый день хожу, прошу хлебушка. А потом, уже к вечеру – назад проберусь и мамку кормлю. И других тоже, кто там с детьми был… им тоже, когда могла, давала. Ну, вот. Кончилась война. Назад в Польшу нас не пустили, отправили на Украину. Да еще перед этим все проверяли, не шпионы ли мы… Ладно. Приехали на Украину. А это сорок шестой год. Самый голод. Я до сих пор все помню, как люди на улицах лежали и умирали. Мамка моя начала с голоду пухнуть. А я опять – хожу да побираюсь. И вот… ведь сами там все из последних сил еле-еле тянули… а все равно подавали! Кто свеколку подаст сахарную, кто угля в передник насыплет. Так мы с мамочкой и выжили. А если бы не подавали, нипочем бы не выжили… Так вот, с тех пор и я, - кто просит, я тому подаю. Знаю, что теперь другое время, что никто с голоду, слава Те, Господи, не пухнет – а все равно. Не могу не дать. И хочу иногда не давать – а не получается.

И собак я тоже с тех времен люблю, с военных. Там, в лагере, один охранник был.. дурной такой, не приведи Господь. Один раз взял и стал на меня собачищу свою натравливать.. овчарку. Я со страху как упаду, как руками вот так вот закроюсь… А она, слышь, подошла ко мне, понюхала – и не тронула. Он ей – и так, и сяк, и усь-усь, и чего-то еще по-ихнему… и даже сапогом ей под брюхо поддал. А она – все равно… подходит, нюхает и хвостом виляет. Понимает, что перед ней дитя… Конечно, это мне повезло, это собака такая умная попалась. Другая бы в раз разорвала, не поглядела бы, что я маленькая… Но все одно: я теперь собак люблю… все никак про ту забыть не могу. И они ведь меня любят – бедовые такие! Все соображают! Я вот иногда думаю: собаки перед нами – все равно, что мы перед Господом. Чего-то понимаем, а главного-то самого понять и не можем. И услужить, вроде, рады, а чуть что не так – шерсть на холке вздыбим и рычим. Покормят нас – ластимся, хвостом виляем. Забудут покормить – враз пойдем шастать по чужим дворам да другим хозяевам хвостами подвиливать. А потом вернемся, подползем на брюхе-то.. уж скулим, скулим: прости, дескать, нас. Такие уж мы бессчастные да бестолковые! А чего бессчастные? Чего мы все жалуемся с утра до вечера? У меня вот, к примеру, жизнь была хорошая. Всякое бывало, конечно, но все равно – такая бывала в жизни радость, что я уж прямо и не знаю, за что ж мне такая радость была. А ты говоришь: нищим не подавать? Как же не подать, когда у меня и так все есть!
Изображение


За это сообщение автора ГРУША поблагодарили: 4 LuNa82, финик, Вербена, Лисёнок
Аватара пользователяНе в сети
Новое сообщение25 янв 2018, 12:32   №185  
-
голос
+
В людях я очень ценю умение прощать, хотя самой это дается с большим трудом. Мне кажется, это чрезвычайно важно в отношениях между нами, для отношений внутри семьи. Люблю картину Ирины Поплавской «Василий и Василиса», снятую по Валентину Распутину, в которой мне посчастливилось сыграть заглавную женскую роль. Это фильм с библейским сюжетом, о прощении и непрощении. История двух счастливых людей: поженились по любви, жили вместе, рождались дети. А потом, как у Распутина написано, Василий задурил, то есть запил. Однажды в подпитии он замахнулся на Василису, беременную, топором - и она потеряла ребенка. И не смогла простить этого своему мужу.

Во время съемок многие женщины в деревне - а мы снимали под Дубной, на Волге, - не понимали: «Ну что уж она не простила!.. Да он же выпил!» - как будто это было оправданием… То есть ситуация воспринималась ими просто как бытовая драма. А Василиса восприняла это как убийство, убийство человека человеком. И всю жизнь не могла простить. Боролась, умом понимала, что не права, но сердцем простить не могла. И только в конце жизни пришла к мужу и сама попросила у него прощения - за то, что не могла его простить. Именно за то, что не могла простить…

Я много размышляла об этом и поняла для себя самой - прощение всегда дороже и выше любого, даже самого праведного непрощения. Непрощение разрушает и того, кого не простили, и того, кто не простил. Какая великая мудрость: «Прости!» Только ведь это очень трудно. Трудно перебороть в себе обиду, гнев… Даже на словах не всегда понятно, как это: ударят по одной щеке - подставь другую. Это надо прожить, пережить. Я поняла на примере собственной жизни, что нельзя отвечать злом на зло. Тогда твой обидчик - во всеоружии. А если ты прощаешь, отвечаешь добром, - зло скукоживается. Вот и вся мудрость…

Актриса Ольга Остроумова
Изображение


За это сообщение автора ГРУША поблагодарили: 3 Tanuchka, финик, Вербена
Аватара пользователяНе в сети
Новое сообщение25 янв 2018, 12:41   №186  
-
0 : 3
+
О негативной информации.

На военной кафедре преподавала одна доктор, немолодая уже дама. Всю жизнь она проработала в детской больнице. И она очень интересную вещь рассказала. У нее дети переболели всеми инфекционными болезнями детского возраста, хотя она сама - врач. И вообще - почти постоянно подхватывали какие-то вирусы и бактерии, так, что она просто замучилась их лечить. Хотя такие крепкие были ребятишки, активные, веселенькие, упитанные. Конечно, доктор принимала меры безопасности, соблюдала санитарию и гигиену - дома сначала принимала душ, переодевалась в почти стерильную домашнюю одежду, руки постоянно мыла - но дети подхватывали именно те болезни, от которых она лечила маленьких пациентов в больнице. И немедленно заболевали, если случай был особенно трудным и неприятным. И витамины не помогали, и закаливание, так, что мама-доктор пришла в отчаяние. И даже подумывала везти детишек в Москву - у нас тогда не было специальных, оснащенных сложной техникой, лабораторий для исследования иммунитета. И однажды эта мама-доктор страшно устала на работе. Был трудный случай. И так она боялась идти домой, прямо чувствовала, что детки опять заболеют... И пошла в кино, на приключенческий фильм про Индиану Джонса. А после кино, с чувством вины и восторга одновременно, пришла домой. Дети не заболели, и по-прежнему прыгали и веселились, как положено здоровеньким деткам. Потом эта мама так же отправилась в гости к подруге, где попила чаю с печеньем и выслушала, хохоча, смешной анекдот. И тоже - дети остались здоровыми. И потом у этой умной женщины вошло в привычку не идти сразу домой с работы, хотя она страшно уставала, и дома дел было невпроворот. А она стала ходить через красивый скверик, где были чудесные цветы и фонтанчик. Прогуляется по скверику, посидит на лавочке, и только тогда домой идет. И все стало благополучно и хорошо с детьми. И доктор сделала вывод - дело не только в микробах. Дело в той информации, с которой она приходит домой. Это плохая информация так влияет на детей, вот что она решила для себя. И этот простой и примитивный в чем-то вывод оказался верным - с тех пор ни одной болезни не было в доме. Так что, на самом деле, не стоит сразу после конфликта или неприятности спешить к близким людям, в печальном или угнетенном настроении. Мы можем невольно принести им что-то нехорошее, неполезное; огорчить и расстроить, даже ничего не рассказывая. И после неприятной сцены надо сменить обстановку. А уж потом идти домой, переключившись на что-то хорошее и приятное. Как это работает - ученые изучают, конечно. Но это точно работает - погулять по скверику или на Индиану Джонса поглядеть... А уж потом спешить к тем, кто нам дорог.

Автор: Анна-Валентиновна Кирьянова
Изображение


За это сообщение автора ГРУША поблагодарили: 4 сказочница, Tanuchka, Вербена, Макитра
Аватара пользователяНе в сети
Новое сообщение15 фев 2018, 17:50   №187  
-
0 : 3
+
Урок, который дети запомнят надолго.

К сожалению, дети очень часто бывают чрезмерно жестокими. Особенно такое их поведение проявляется в отношении тех, кто отличается от общей массы, тех, кто выглядит по-другому или делает что-то иначе. Нетрудно подобные вещи увидеть в любой школе.

Недавно одна учительница решила поделиться своим опытом в подобной ситуации. Ее метод оказался весьма успешным, поэтому она решила рассказать о нем в одной из социальных сетей.

«Однажды перед началом занятий я зашла в магазин и купила два яблока. Они были практически одинаковые: тот же цвет, приблизительно равный размер...

В самом начале классного часа я спросила у детей: «Чем отличаются эти яблоки?». Они промолчали, потому что действительно особой разницы между плодами не было.

Тогда я взяла одно из яблок и, обращаясь к нему, сказала: «Ты мне не нравишься! Ты противное яблоко!». После этого я бросила фрукт на пол. Ученики смотрели на меня как на сумасшедшую.

Потом я протянула яблоко одному из них и сказала: «Найди в нем что-то, что тебе не нравится, и тоже брось на землю». Ученик послушно выполнил просьбу. После этого я попросила передать яблоко дальше.

Надо сказать, что дети легко находили в яблоке какие-то недостатки: «Мне не нравится твой хвостик! У тебя противная кожица! Да в тебе одни черви!» - говорили они и каждый раз бросали яблоко на землю.

Когда фрукт вернулся ко мне я еще раз спросила о том, видят ли дети какую-то разницу между этим яблоком и вторым, которое все это время лежало у меня на столе. Они снова были в замешательстве, ведь, несмотря на то, что мы регулярно бросали яблоко на пол, каких-то серьезных внешних повреждений оно не получило и выглядело практически так же, как второе.

Тогда я разрезала оба яблока. То, которое лежало на столе, было белоснежным внутри, оно всем очень понравилось. Дети согласились, что с удовольствием съели бы его. А вот второе оказалось внутри коричневым, покрытым «синяками», которые мы ему и поставили. Его никто не захотел есть. Тогда я сказала: «Ребята, но это ведь мы его сделали таким! Это наша вина!». В классе наступила гробовая тишина. Спустя минуту я продолжила:

«Точно так же происходит и с людьми, когда мы их оскорбляем или обзываем. Внешне на них это практически не сказывается, но мы наносим огромное количество внутренних ран!».

До моих детей еще никогда ничто не доходило так быстро. Все начали делиться своим жизненным опытом, насколько им было неприятно, когда их обзывали. Все мы по очереди поплакали, а потом вместе рассмеялись», - поведала свою историю учительница.
Изображение


За это сообщение автора ГРУША поблагодарили: 3 stv, Usla, Вербена
Аватара пользователяНе в сети
Новое сообщение06 мар 2018, 12:26   №188  
-
0 : 3
+
Мы многое растеряли. В каталоге потерь — самые неожиданные вещи. Куда-то исчезли дедушки.

Дедушка — это не просто муж бабушки. Это добрый человек с умными глазами, седой бородой и натруженными руками. В ту нежную пору жизни, когда вы узнаете мир, дедушка должен сажать вас на колени и рассказывать о далеких звездах и великих героях. Такие дедушки куда-то пропали.Причем бабушки остались. Они даже почувствовали себя хозяйками положения. Некому на них прикрикнуть. Некому поставить их на место. Бабушки застегивают вам пуговицы и кормят вас манной кашей. А разве может вырасти из человека что-нибудь дельное, если в детстве он не слышит о звездах и великих людях, но ест кашу из женских рук?

От дедушки пахнет табаком и солнцем. Бабушку он называет «мать», а маму — «дочка». Но настоящая дружба у него с внуком. Они посвящены в одну тайну. Мир для них одинаково свеж и загадочен.

Поэтому за обедом они хитро подмигивают друг другу и смеются глазами. Сейчас они встанут и пойдут вместе. Может, рыбачить, а может — ремонтировать велосипед. Внуку интересно жить, а деду умирать не страшно.

У нас давно не было ни войн, ни эпидемий. Дедушек никто не убивал, но они куда-то исчезли. Бросили своих бабушек и ушли к другим. Глупо растратили жизнь и не дожили до внуков. Не обзавелись семьей и остались бездетными.

Короче, все расшаталось и сдвинулось с основания. Поэтому в мире так много капризных и нервных детей. И много никому не нужных стареющих мужчин, пьющих с тоски и никого не называющих словом «внучок».

Протоиерей Андрей Ткачев


За это сообщение автора ГРУША поблагодарили: 2 Вербена, Лисёнок
Аватара пользователяНе в сети
Новое сообщение16 мар 2018, 14:12   №189  
-
0 : 6
+
Любите ...

У выдающегося кардиохирурга академика Владимира Андреевича Алмазова в его кабинете в клинике Первого медицинского института стояла склянка с заспиртованным сердцем.

Каждый студент знал историю этого сердца. В самом начале 50-х, когда Алмазов был ещё студентом 4-го курса Первого медицинского, в клинику института поступила девушка с подострым септическим эндокардитом. Это страшное заболевание и сейчас даёт большой процент смертности, а тогда..
Её считали безнадёжной. У девушки держалась температура под сорок, сердце отказывало. Её без особых результатов осматривали ведущие профессора и, как водится, вереница интернов. В числе практикантов был один - талантливый и внимательный..

Нет, он не предложил революционного метода лечения эндокардита, он просто влюбился - девушка была очень симпатичной. Стал каждый день наведываться в палату, носил цветы. Умирающая девушка тоже его полюбила. И стала потихоньку выздоравливать.

Они поженились, родили детей, на свою серебряную свадьбу пригласили лечивших её врачей. А когда через много лет она умирала, своё сердце она завещала Первому медицинскому институту. Чтобы помнили - больное сердце лечится сердцем любящим.

Любите и будьте любимыми.


За это сообщение автора ГРУША поблагодарили: 3 ManU, stv, Вербена
Аватара пользователяНе в сети
Новое сообщение22 мар 2018, 10:38   №190  
-
1 : 2
+
Пришли вдвоем. Муж и жена. Первый раз у меня. Я уставшая (5-я консультация), голодная и от этого почему-то спокойно-невозмутимая.

— Я первый раз у психолога! — говорит раздраженно мужчина. Желваки ходят. Всем видом — «какого черта!». — Меня жена уговорила!
— И?
— Что и?!! Сын у нас. У меня. Дебил! — распаляется он.
— Дебил — это психиатрический диагноз, — устало говорю я. — Ваш сын в этом смысле дебил?

Мужчина уже на меня смотрит как на дебилку. Потом переводит взгляд на жену с немым вопросом: «Ты к кому меня привела, ваще?!!»

Она съежилась, сидит на краю стула, глаза отводит. Руки зажала между коленями.

Он досадливо морщится, поворачивается ко мне, молчит. Я тоже. Не выдерживает. Злится еще больше.

— Вот вы же как бы психолог, так? Хм. Ну так объясните мне тогда, что мне с ним делать?
— С кем?
— С сыном!
— А что с ним?

Мужчина округляет глаза, удивляясь моей тупости и неспособности читать мысли. Опять поворачивается к жене с выражением: «Где ты эту дуру нашла?». Но жена — опытный боец, сидит не поднимая глаз, и лишь по тому, как бледнеет ее лицо, я понимаю — все силы у нее ушли на то, чтобы привести мужа ко мне.

— Он берегов не видит, понимаете. Сопляк. 14 лет, а ведет себя как, как…
— Как?

— Прихожу домой. После работы. Ботинки посреди коврика стоят. Я ему: «Ты хоть что-нибудь в этой жизни умеешь? Ботинки хотя бы на место поставить». Сто раз говорил ему ставить ботинки сбоку, так, нет, как дебил, ничего не понимает. Все в жизни легко достается. Телефон вот сломал. Не ценит. Не делится ничем со мной. Матери вон хамит. Дома ничего не делает. Все слова как об стену горох. Ни стыда ни совести. И вот как, как себя с ним вести?! Как общий язык найти. Вы же психолог, ну так посоветуйте!!! Есть у вас рецепт?

— Есть, — отвечаю, нарушая все каноны психологической консультации.
— И решение есть?
— Есть, — обалдеваю от своей наглости еще больше.

Понимаете, есть алгоритм психологической консультации. Особенно первой. И меня учили, что первая встреча — это сбор информации, определение запроса, налаживание контакта. Ни о какой терапии речи нет. Тем более о каком бы то ни было решении. Что на меня нашло… (((

— Я правильно поняла, что вы не знаете, как разговаривать с сыном, и не можете найти с ним общий язык?
— Ну да, сказал же!
— Решение есть, очень простое. Но не знаю, справитесь ли вы с ним, — с абсолютно искренним сомнением говорю я.
— Ну? Говорите!
— Это не говорить, это сделать необходимо.
— Чего сделать-то?
— Как имя вашего сына?
— Антон.

И тут я совсем борзею (коллеги меня поймут, о чем я), достаю лист бумаги, маркер, пишу на нем «сын Антон, 14 лет», кладу в дальний угол кабинета и предлагаю мужчине представить своего сына стоящим на этом листе.

— Получилось? — спрашиваю.
— Да.
— А сейчас медленными шагами подойдите к листу, встаньте на него, войдите в образ сына и станьте им.

С явным сомнением на лице он делает это. Закрывает глаза.
— А теперь скажите, что чувствуете?
— Одиночество страшное. Слезы в горле. Плакать хочу.
— Почему?
— От обиды. Все дергают, шпыняют. То не так, это… Жить не хочется. Я как урод какой-то для всех.
— Для кого — для всех?
— Ну для всех.
— Для кого?
— Ну отца.
— А чего бы хотелось от него?
— Чтобы хоть раз похвалил. Спросил, как дела. Чтобы не орал. Чтобы… я же тоже мужчина, чтобы гордился мной.
— Сделайте вдох и на выдохе выходите с листа.

Мужчина молча подходит к стулу, садится. Тишина. Женщина вытирает слезы.

— Я все понял, — вдруг тихо, почти шепотом говорит он. — Все понял. Я себя так же маленький чувствовал. А от отца одни упреки. Теперь я так же. Я понял все. Спасибо.

Глаза у него и у жены зеленые. Ясные. И уши у него какие-то добрые, трогательные…

18 минут все длилось. Первый раз в моей жизни.


За это сообщение автора ГРУША поблагодарили: 2 ManU, Вербена
Аватара пользователяНе в сети
Новое сообщение09 апр 2018, 09:41   №191  
-
0 : 1
+
Ребёнок видит - ребёнок делает


Последний раз редактировалось ГРУША 09 апр 2018, 09:42, всего редактировалось 1 раз.


За это сообщение автора ГРУША поблагодарили: 2 финик, Вербена
Аватара пользователяНе в сети
Новое сообщение09 апр 2018, 09:49   №192  
-
0 : 2
+
СТРАСТНАЯ ПЯТНИЦА. Рассказ доктора Лизы.

Развернуть/свернуть

Вот уже третий год с наступлением Страстной Пятницы я вспоминаю мальчика Игоря. Ему было 13 лет.
Его отец - православный священник в селе под Киевом.
Узнав о болезни сына, а мальчик заболел когда ему было два года, отец дал обет. Он оставил светскую работу и посвятил себя служению в церкви. Закончил Духовную академию и был рукоположен. Приход ему достался маленький и заброшенный. Своими руками восстанавливал храм, библиотеку и трапезную.
Жила семья недалеко от хосписа в служебной однокомнатной квартире, которую семья получила от ЖЭКа, в котором отец Георгий работал дворником. За 20 долларов в месяц и жильё.
Мальчик был измученным болезнью, слабеньким, но очень мужественным. Он редко плакал, мало просил и единственным из его капризов было "Попить с Петривной чаю". Он приглашал меня в палату, мы договаривались о времени, и с отцом Георгием и матушкой Таней мы пили чай, обсуждая погоду, цветы, и церковные дела в Песковке. Игорь говорил только по украински и учил меня языку.
В чистый Четверг, Игорь объяснял мне, что надо обязательно хорошо умыться с раннего утра - обязательно холодной водой, и что нужно найти самую холодную воду в хосписе. Мы объехали на его коляске все раковины и нашли "самую холодную" в ординаторской.В пять утра, как рассказали сестры, он плескался в раковине. Отец вместе с другим священником причастил его и украсил палаты вербой. Семья готовилась к Пасхе.
Отец Георгий тратил по три часа в электричках, добираясь до храма. Вставал в четыре утра, ехал на службу, исповедовал, причащал, наставлял, а вечером возвращался в хоспис, где доживал последние дни его сын.
Так случилось и в Страстную пятницу.
С Игорем осталась мать. Мы вместе сидели у постели Игоря, когда началась агония. Я взяла её за руки и мы держались друг за друга некоторое время после того, как он перестал дышать.
Таня не плакала, мы долго сидели обнявшись и молчали.
Я долго набирала номер отца Георгия, чтобы сказать ему о том, что Игорь ушёл. Трубку взяла какая-то женщина и сказала, что отец Георгий выносит Плащаницу и подойти не может.
После службы кто-то привез его на машине попрощаться с сыном.
Хоронили его в воскресенье под ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ.

Отец Георгий продолжает служить в том же храме в Песковке.
Он приезжает в хоспис - днем и ночью - когда есть нужда в нём и причащает умирающих детей,утешает родителей, и исповедует самых сложных больных, которые не идут на контакт практически ни с кем. Он же их и отпевает, так как проведя с ним время, родственники больных не хотят других священников.Он никогда не берет за требы ни денег, ни подарков. Несмотря на то, что у меня есть земля в Киеве для похорон бомжей, он готов на своем церковном кладбище хоронить их.

Совсем недавно я узнала о том, что ни один из тех, кого он окормлял в хосписных палатах, не знает о том, что у отца Георгия здесь же три года назад умер маленький сын.
   cвернуть наверх

Изображение


За это сообщение автора ГРУША поблагодарили: 3 stv, финик, Вербена
Аватара пользователяНе в сети
Новое сообщение16 апр 2018, 11:34   №193  
-
0 : 5
+
с просторов инета

Сижу у мамы в больнице. Рядом лежит бабуля, лет под 90. Приходит к ней дед, едва волоча ноги, такой же сухонький, как и она. Достаёт из потрёпанной советских времён авоськи простую еду, которую приготовил сам: натёртое яблоко в банке, отварную курочку, поломанную на мелкие кусочки, чтобы ей было удобно и практически не нужно было жевать. Они почти не разговаривают. Дедуля сидит скрючившись на стуле рядом с ней и просто держит её за руку... как будто, если отпустит, то она уйдёт навсегда...

И я подумала о том, что же людям молодым, полным сил и здоровья, мешает так же трепетно относиться друг к другу? Почему такая небрежность в отношениях? Ведь настанет время и придётся лицом к лицу столкнуться со старостью и беспомощностью. И как важно иметь рядом близкого человека, родственную душу, который до последних дней, из последних сил будет держать тебя за руку, боясь отпустить...

Светлана Удалова
Изображение


За это сообщение автора ГРУША поблагодарили: 3 stv, Vim, финик
Аватара пользователяНе в сети
Новое сообщение25 апр 2018, 17:45   №194  
-
0 : 6
+
Никогда, вы слышите, НИКОГДА не орите на своих детей!

Обращение к родителям.

Развернуть/свернуть

Домодедово, раннее утро, зал вылета, кафе на втором этаже. За соседним столиком брутальный красавчик с мальчиком лет пяти. Мальчик едва слышно что-то шепчет, наклоняясь к тарелке. Папашин рев заставляет меня вздрогнуть:

— Куда в туалет??! Куда в туалет?? Я тебя спрашивал 5 минут назад — ты что сказал?? Ты что мне сказал, я тебя спрашиваю? Ссысь в штаны теперь, давай, в туалет ему!!

Я внимательно смотрю на отца. Он орет так, что брызжет слюна, орет долго и матом, краснеет и сжимает кулаки. Мальчик становится пунцовым и еще ниже наклоняет голову.

Я тихо говорю:
— Дети этого возраста еще не могут предсказать, когда они захотят в туалет.
Отец свирепо смотрит на меня, я на него. Через секунду он бросает мальчику — «Пошли!!» и уводит так и не поднявшего голову сына из кафе.

***

Тель-Авив, полдень, набережная, толпы народа. Я расслабленно иду, собираясь купить мороженое. Вдруг слышу — крики, у парапета, огораживающего пляж, собирается небольшая толпа. Я заглядываю вниз. На дорожке возле раздевалок стоит жуткий мужской крик, надрывный:

-Отойди от меня! Отойди от меня, я с-сказал!! Я тебе что сказал — ты не понимаешь?? Ты сейчас получишь у меня!! Иди рядом!! Отойди!!

Мужик в трусах и шлепанцах орет, трясясь и подскакивая, на девочку лет пяти. По-русски. Девочка испуганно стоит перед ним, втягивая голову в плечи. Я ничего не понимаю. Люди на набережной тоже. Он двигается вперед, девочка семенит рядом. Крик, совершенно ненормальный, надрывный, агрессивный, продолжается.

«Отойди, я сказал! Иди рядом! Ты не слышишь! Ты не понимаешь что ли?? Тебе врезать что ли?!!» Лица девочки не видно, ее голова втянута в плечи. К нему подходит женщина, трогает за плечо. Он отскакивает. «Еще раз крикните — позову полицию», — говорит она. «Пшла [цензура]!! — орет мужик. — Это мой ребенок!!» Но крик замолкает и они уходят — он размашисто и нервно, девочка торопливо рядом. Мне дико стыдно за то, что все это происходит по-русски. Толпа разноцветных иностранцев шепчется и переглядывается.

***

Домодедово, ночь, зал прилета, паспортный контроль. Очередь. Дети изнывают от ожидания. Мальчик лет пяти прыгает — из очереди — и обратно в очередь, к маме поближе.

В какой-то момент она с силой дергает его за руку так, что он отлетает в сторону и назад.
— Я тебе что сказала??? — голосит мать. — Стой спокойно!! Еще раз шевельнешься- я тебя сдам в милицию! Тебя заберут!! Сейчас я им скажу, что ты плохо себя ведешь!!

Мальчик испуганно озирается на проходящего мимо пограничника и стоит как вкопанный какое-то время.
Спустя 5 минут в соседней очереди раздается вопль. Вопит хрупкая, красивая, хорошо одетая блондинка, непрерывно дергая за руку своего сына, совсем маленького, лет 3-4-х:

— Ты устал??? Ты устал???? Ты домой хочешь?? А я, по-твоему, не хочу?? Я тебя спрашиваю?? Ответь мне — я, по-твоему, не хочу??? Тебе не стыдно?? Я не устала?? Где я тебе возьму домой?? Он устал, а мама не устала!!!
Она вопит, брызгая слюной и тряся своего сына, каждый раз при рывке стараясь его развернуть к себе лицом. Мальчик втягивает голову в плечи и старается не встречаться с ней глазами.

***

Вы читаете пособия по женским оргазмам и по тому, как поймать и удержать мужика. Почитайте хоть что-нибудь про детскую психологию. Про то, как уметь утешать ребенка, а не пугать его до энуреза и заикания. Про то, что такое психологическое и эмоциональное насилие. Про то, как запуганные дети учатся навсегда подавлять свои потребности, и это значит, что у них, выросших, внутри блуждает огромный объем агрессии. Про то, как эти выросшие дети на приеме у психолога плачут, вспоминая вас, ненавидя вас, ощущая свое бессилие перед вами, уже состарившимися.

Прочитайте про возрастные нормы. Про то, что маленькие дети не знают, когда они захотят в туалет — предлагать им «»ссать в штаны» в публичном месте, громко- это навсегда вбить в голову ощущение стыда и унижения. Про то, что здоровый пятилетний мальчик в норме не может стоять спокойно- ему надо вертеться и двигаться. И девочке тоже. Про то, что 4-х летка не знает, что такое «долго», что такое«полчаса», что такое «паспортный контроль», он может ощущать только,что именно он внезапно стал виноват в том, что мама устала и что ему,малышу, в таком случае самому устать — почему-то стыдно. Что девочка ни в пять, ни в 35 не способна одновременно выполнить команды «отойди» и «иди рядом», выкрикнутые чокнутым отцом.

Вы предлагаете ребенку испытать стыд, вину и унижение в экстремальной для него ситуации — вместо поддержки, утешения и помощи. Вы, взрослые сукины дети, в этот момент усыновляетесь и удочеряетесь к своим детям — они видят, что взрослые — это не вы, потому что взрослый справляется, а вы не справляетесь. И тогда ваши дети пытаются с трех лет вести себя по-взрослому с вами, чтобы вас, такого хрупкого и не владеющего собой, не разозлить, не напугать и не расстроить. Вы угрожаете своему ребенку, угрожаете побоями, милицией, детдомом, — вы, тот, от которого он ожидает защиты. Родители — это не те, которые защищают. Это — те, которые накажут и подставят, когда и так плохо.

Вы орете, когда ощущаете бессилие, усталость, раздражение и гнев. В этот момент ваш ребенок ощущает парализующий страх, стыд, вину и беспомощность. Кроме этого, он не сможет научиться, как это — поддержать и помочь, пожалеть, утешить и успокоить, позаботиться и быть внимательным. Он вырастает в такого же родителя и партнера, не знающего, как помочь своему ребенку или близкому, но умеет угрожать, пугать, ругать, стыдить и винить.

Я не знаю, когда иссякнут поколения полу-чокнутых агрессивных отцов и истеричных, крикливых, дергающих своих детей по каждому поводу матерей. Поверьте мне — даже если все эти описанные мною реальные персонажи где-то там внутри любят своих детей, их выросшим детям будет очень тяжело в это поверить.
   cвернуть наверх


За это сообщение автора ГРУША поблагодарил: stv
Аватара пользователяНе в сети
Новое сообщение05 июн 2018, 10:03   №195  
-
0 : 6
+
ИСТОРИЯ ОДНОГО РАСКАЯНИЯ."
АВТОР ЕКАТЕРИНА ЗВЕРЕВА.

Развернуть/свернуть

"
Всё началось с того, что однажды моя дочь-третьеклассница вернулась из школы и радостно объявила: «Мама, сегодня Ирина Петровна сказала, что этому придурку Макарову не место в нашем классе!» – «Вика, что это за «придурок»? – возмутилась я. – Воспитанные люди так не говорят!» – «Но так сказала Ирина Петровна, – обиделась дочь. – Значит, и мне можно». Ирина Петровна – это наша учительница. Она всегда казалась мне безупречно вежливой, интеллигентной. И дочка её любила. Разве могла учительница произнести такое слово, да ещё в адрес своего ученика? Я подумала, что это Викины фантазии, и забыла об этом.
Однако вспомнить пришлось очень скоро. Очередное родительское собрание началось не так, как обычно. Обычно с нами, родителями, беседовала Ирина Петровна, а тут почему-то она оказалась сидящей на задней парте, а слово неожиданно взяла председатель родительского комитета Нина Ивановна – мама Саши, одноклассника моей Вики. Скорбно поджав губы, Нина Ивановна изрекла:
– Товарищи родители! Мне нужно сообщить вам неприятные вещи. Дело в том, что в классе сложилась угрожающая обстановка. Наша уважаемая Ирина Петровна находится на грани нервного срыва, потому что один ученик не даёт ей выполнять свои обязанности и обучать наших детей. И этот ученик – Сергей Макаров.
Я вздрогнула, вспомнив недавний рассказ дочери про «придурка». А Нина Ивановна в ярких красках стала расписывать нам «неадекватное поведение» Макарова, который «злостно нарушает дисциплину», «не выполняет домашнее задание», «нецензурно ругается» и «деморализует весь класс». Мне показалось странным, что председатель родительского комитета в курсе всех нюансов поведения этого ужасного Макарова, но потом я заметила, что после каждой сказанной фразы Нина Ивановна, как ученица-отличница, бросает вопросительный взгляд в сторону, в глубь парт, словно советуется: «Так я говорю?» И я догадалась, кто был истинным инициатором этого пламенного выступления, хотя и пытается не показывать этого, намеренно укрывшись за задней партой. От такой догадки мне стало как-то нехорошо.
А потом случилось то, о чём мне вот уже несколько месяцев невыносимо больно и стыдно вспоминать. Нина Ивановна вынула из папки большой белый лист и зачитала заявление, написанное на имя директора школы, с просьбой «очистить класс от влияния неадекватного ребёнка, которому не место среди нормальных детей». Последовала вежливая просьба это заявление подписать.
В классе стояла тишина. Никто из родителей поначалу не двинулся с места. Нина Ивановна брала нас штурмом. Не все успели осмыслить, что от них требуется. И тут прозвучала фраза, которая решила всё. «Поймите! – с чувством воскликнула председательша. – Из-за того, что этот Макаров требует особого внимания, страдают ваши дети. Ирина Петровна элементарно недодаёт им необходимые знания». И листок стал бодро переходить из рук в руки. Все услышали только то, что их дети страдают и что во всех этих вселенских страданиях виноват один-единственный ужасный третьеклассник Макаров, родители которого «такие же неадекватные», как он, отказываются переводить ребёнка в другую школу и не понимают, «какого монстра они растят».
Я тут же вспомнила этого Макарова – худенького, ушастого, вечно какого-то несуразного, угловатого, словно Гадкий Утёнок. Интересно, чем он заслужил такое суровое наказание? И справедливо ли то, что против него, маленького, десятилетнего, ополчились несколько десятков сильных и серьёзных взрослых? Однако мои раздумья были прерваны. Зловещий листок, обойдя два ряда родителей, очутился прямо передо мной. Подписать или не подписать?.. Вот тут и закопошились в голове трусливые и подленькие мыслишки: «Тебе что, больше всех нужно? Не дури! Твоей дочери здесь ещё и учиться и учиться. А у этого Макарова свои родители есть. Пусть они его и защищают».
– Ну что? Подписывать или не подписывать? – растерянно обратилась я к соседке по парте – маме Викиной подружки Лены.
–Конечно, подписывать! – заверила меня та. – Учителю виднее, как лучше для детей.
И я… Я поставила на листке свою подпись. Все родители сделали то же самое. Все. До одного. И это окончательно угомонило мою встрепенувшуюся было совесть. Раз ВСЕ, то, значит, так и надо. ВСЕМ виднее. ВСЕ не могут быть не правы. Так я думала тогда. Вернее, внушала себе, что так думаю. А потом учительница читала нам лекцию о гуманистической концепции образования и воспитании свободной личности.
Однако история на этом не закончилась. Через неделю моя Вика пришла из школы веселее, чем обычно.
– Пятёрку получила? – спросила я.
– Да нет, – ответила дочь. – Мы в классе сегодня так развлекались!
– И как же вы развлекались?
– В Серёжку Макарова плевали по очереди. С трёх шагов. Кто попадал, тот молодец! Я целых два раза попала.
Честное слово, у меня подкосились ноги.
– Кто же додумался до такого? Кто предложил?
– Саша Никифоров. («Сын нашей председательши», – пронеслось у меня в голове.) Он сказал, что давайте, мол, в придурка Макарова плевать. Мы и согласились.
–Да как же ты могла, Вика?! – закричала я. – Он же живой человек!
И тут же осеклась. Я не имела никакого права ругать дочь. Потому что подписала то заявление. А это, если вдуматься, ничуть не лучше, чем походя плюнуть в человека.
Прошла ещё неделя. Каждый день я узнавала от дочери новости о Макарове. Не знаю, был ли дан ход заявлению, но Макаров продолжал учиться в нашем классе.
Однажды Вика прибежала домой вся в слезах: «Мама! Они его били! Всем классом, мама! Прямо ногами!» Каждое её слово вонзалось мне в сердце острым ножом.
– Как били? За что?
– Никифоров с дружками подошёл к нему и сказал: «Ты у нас придурок. Вставай на четвереньки и мычи». А Макаров не стал. Тогда они начали в него опять плевать. Он вскочил и ударил Никифорова. Тогда они повалили Макарова и стали бить!
– А учительница что же? – трясла я за плечи дочь.
– А её не было. Потом она пришла и поставила Макарова в угол. А ещё вызвала его родителей.
– Макарова в угол? Почему его?
– Потому что он первым ударил Никифорова. Так сказала Ирина Петровна.
Я схватила телефонную трубку и набрала номер Нины Никифоровой.
– Нина Ивановна, Вика сказала, что сегодня в класе была драка.
– Да, была. И опять из-за этого Макарова. Представьте, налетел на моего Сашку, как сумасшедший. Дурдом по нему плачет.
– Но Вика сказала, что это они били Макарова. Повалили и били.
– И правильно сделали, – успокоила меня Никифорова. – По заслугам получил. Будет знать, как в следующий раз к нормальным ребятам приставать. Да вы не волнуйтесь, дорогая, мы делаем всё, чтобы этого неадеквата в нашем классе не было. Скоро мы все вздохнём спокойно.
Она говорила, а я слушала и молчала. Что я могла ей сказать? Ведь я подписала заявление.
Всю ночь я не спала. А утром пошла провожать Вику в школу. Сказала ей, что вчера во дворе бегала бродячая собака. Но это был только предлог. Я хотела увидеть Макарова.
Он сидел в глубине класса. Один. И смотрел прямо перед собой. А другие дети вели себя так, будто там, за задней партой, и не было никакого Макарова. Они его просто не замечали.
– С ним что же, никто не играет? – спросила я дочь.
– Никто, – ответила она. – Ирина Петровна сказала, чтобы мы к нему не подходили для нашей же пользы. Мало ли что ему в голову взбредёт…
Ирина Петровна была рада моему приходу. Она улыбалась и рассказывала, какая замечательная у меня Вика, какая она прилежная ученица и послушная девочка. А я вполуха слушала похвалы, от которых обычно расцветает родительское сердце, и не могла оторвать взгляд от маленькой неказистой фигурки.
Ирина Петровна заметила, куда я смотрю, и нахмурилась.
– Да, это он, тот самый знаменитый Макаров, – сказала она. – Один сидит. Ребята к нему даже подойти боятся. Неадекватный! И весь в двойках. Ничего на уроках не слушает. Ничего не учит! Сидит и только какие-то самолёты на полях рисует. Как я с ним измучилась, если бы вы только знали!
Я подумала, что это редкий цинизм – требовать хорошей успеваемости от ребёнка, в которого каждый день все плюют.
– Неужели никак нельзя ему помочь? – робко спросила я.
– По-мочь? – учительница выкатила на меня удивлённые глаза. – А чем я тут, по-Вашему, целыми днями занимаюсь? Да я уже из кожи вон вылезла! Только всё без толку. Он не-ис-пра-ви-мый! Лентяй, драчун, неряха! Всю картину успеваемости нам портит. А замечания делаешь – дерзит. Дерзит учителю! И это в таком возрасте! Ну, ничего. Я найду способ поставить его на место. То заявление, которое вы все подписали, помните? (Ей не нужно было напоминать. Мысли об этом заявлении мучили меня каждую минуту.) Мы отправили его в Департамент образования. Ждём результатов.
– Жалко его, – вырвалось у меня.
– Его жалко? – всплеснула руками Ирина Петровна. – Меня бы кто пожалел!
Моё робкое заступничество за Макарова ей было явно неприятно.
Я вернулась домой с головной болью. Маленький забитый мальчишка, одиноко сидящий на задней парте, стоял у меня перед глазами безмолвным укором. Ещё в детстве я смотрела фильм «Чучело». Про девочку, которую одноклассники сделали изгоем. Но ведь то были дети – жестокие, глупые, многого ещё не понимающие в жизни. А эту чудовищную травлю организовала сама учительница. Организовала грамотно, продуманно, и не подкопаешься. Взрослый, казалось бы мудрый человек. Женщина! Педагог! Мама двоих детей! Это не укладывалось в моей голове. Чем мог насолить ей маленький мальчик? Откуда столько изощрённой жестокости? Самолётики рисует. Мечтает на уроках. Не такой, как все. Гадкий Утёнок. Она сказала: «Я поставлю его на место». А разве дано ей знать, какое ему в этой жизни уготовано место? Это лишь Господь Бог знает, когда Гадкий Утёнок расправит свои белые крылья … Только как же он их расправит, если эти крылья ему в самом детстве свернули и крепко-накрепко к спине гвоздями приколотили? Однако какое право я имею возмущаться и обвинять учительницу, если один из этих гвоздей – мой? Каждый свою лепту внёс. Каждый свой гвоздик вбил…
Что теперь я могла сделать? Высказать учителю всё, что обо всём этом думаю? И что дальше? Во-первых, я сама подписала заявление. Никто меня не заставлял. А во-вторых, как после такого разговора моя дочь сможет продолжать учиться в этом классе? Её нужно будет непременно переводить в другой. А для Вики это станет трагедией. В классе у неё закадычные подружки, к которым она так привыкла. Я стояла перед сложным выбором: СВОЙ ребёнок или ЧУЖОЙ? Я тогда ещё не понимала, что в этой ситуации всё гораздо сложнее. Сегодня объявляют изгоем ЧУЖОГО, а завтра могут объявить ТВОЕГО.
Через две недели Вика сообщила, что Серёжу Макарова родители всё-таки перевели в другую школу. Наверное, Ирина Петровна открыто празднует победу. Победу над поверженным ребёнком! Но у меня, если честно, немного отлегло от сердца. Я понимала, что в такой обстановке дальше учиться Серёже было бы невозможно. И мысленно я пожелала ему встретить учителя, который понял бы его, разглядел и поставил на крыло. Ведь именно из них, из чудиков, из «не таких, как все» впоследствии вырастают Моцарты, Пушкины и Эйнштейны. Вот я окончила МГУ, подавала, между прочим, надежды, но не получилось из меня ни Пушкина, ни Булгакова, ни Виктории Токаревой. И уже никогда не получится. Я это точно знаю. Потому что подписала то заявление. Побоялась выделиться. Значит, такая же, как все. А талант и серость – несовместимы.
А из лопоухого Серёжки Макарова, возможно, получится-таки новый Туполев или Жуковский. Ведь не зря же он так упорно самолётики в тетради рисовал. Несмотря на все учительские окрики. Вот такими мыслями я себя и утешала. А потом подумала, и внутри у меня снова всё похолодело: а что будет, если завтра моя Вика из послушной и прилежной ученицы превратится в независимую дерзкую девчонку, нарушающую общепринятые правила? Мало ли, что произойдёт? Переходный возраст на носу. Влюбится, с компанией какой-нибудь свяжется, перестанет быть паинькой-отличницей и потребует к себе особого внимания, индивидуального подхода. Что тогда? У меня перед глазами возник белый лист, который неумолимо переходит из рук в руки. И ведь снова все подпишут. Все. До единого. И не мне их осуждать. Я сама была одной из них.
…Я стала реже приходить в школу. Мне трудно встречаться с Ириной Петровной и Никифоровой. С ними нужно поддерживать разговор, улыбаться. А я – не могу. Хорошо хоть Вика по-прежнему весела, по сто раз на дню болтает по телефону с одноклассницами, приносит хорошие оценки.
До конца года осталось чуть больше месяца. Моя Вика уже бредит поездкой в летний лагерь. Вчера я купила ей путёвку. Ждала из школы, чтобы порадовать. И вдруг… Прибегает дочь и с порога: «Мама, Ирина Петровна сказала, что этому придурку Архипову не место в нашем классе. Он плохо учится и тянет класс назад». Путёвка выпала у меня из рук и бабочкой запорхала по комнате…
Я приняла решение. Я перевожу Вику в другую школу. Я знаю, как убедить дочь: соседняя школа с эстетическим уклоном, а моя егоза в последнее время заинтересовалась бальными танцами. Да, я её переведу. Потому что не хочу, чтобы моя дочь с малолетства училась жестокости. Не хочу, чтобы её подгоняли под общие искусственные мерки. Не хочу, чтобы она училась смиренно маршировать в общем стаде. А главное – не хочу, чтобы она, когда выросла, была способна бездумно подписать заявление, которое когда-то подписала её мать.
Надеюсь, что моя девочка простит меня за это. Когда она вырастет, я всё ей обязательно расскажу. И есть ещё один человек, у которого я мысленно не перестаю просить прощения. Мы принесли его в жертву спокойствию учителя и мнимому благополучию своих детей. Сам того не зная, отныне ты стал мерилом всех моих мыслей и поступков. Прости меня, Серёжа Макаров! Прости, если сможешь…
   cвернуть наверх

Изображение


За это сообщение автора ГРУША поблагодарил: Лисёнок
Показать сообщения за:
Поле сортировки:  
Начать новую тему Ответить на тему
 Страница 13 из 14  [ Сообщений: 200 ] • Оценка темы: Всего оценок 1, средний балл 1.00 .Всего оценок 1, средний балл 1.00 .Всего оценок 1, средний балл 1.00 .Всего оценок 1, средний балл 1.00 .Всего оценок 1, средний балл 1.00 .Всего оценок 1, средний балл 1.00 . 

14 авг 2018, 11:39  21 °C  



Нужна помощь?
Активность читателей  75 

Re: Крик души... -0/+6 Галясми

Re: Крик души... -2/+20 ТайнаЯ

Re: Крик души... -0/+6 Галясми

Re: Крик души... -4/+6 ТайнаЯ

Re: Крик души... -0/+10 ТайнаЯ

Re: Крик души... -0/+12 ТайнаЯ

Re: Крик души... -0/+9 ЛюблюШоколад


Новое в чате:
14 авг 2018, 11:24 ЛюсiКо » Подскажите кто знает таких лоров :Арефьева, Асанханова, Иманходжаев( 2 поликл) . Хочу записаться , нужны хорошие отзывы.
14 авг 2018, 11:07 TATYAНА 96 » Девушки подскажите пожалуйста, может знаете. Врачи остеопаты из Тюмени приезжают в Сургут, где они принимают?
13 авг 2018, 21:53 Glazur » Если можно личку напишите
13 авг 2018, 21:52 Glazur » Добрый вечер. Девушки и парни, кто едет в Геленджик в ближайшие дни *molitva2* *molitva2* *molitva2* *molitva2* помогите пожалуйста, нужно передачку передать, человек болеет и нужно ортез передать.
13 авг 2018, 21:07 мамаМаши » для Bestiya: Спасибо
13 авг 2018, 20:41 Bestiya » для мамаМаши: +79222561878 Алексей или +79227827013 Александр
13 авг 2018, 20:29 мамаМаши » Девочки нужно перевезти диван на дачу. Подскажите пожалуйста телефончик грузоперевозок по городу.
13 авг 2018, 20:02 НатальяШНЕ » для valjacka: На Комсомольском 13 вчера была там от Clasna только одно название. Ни одной куртки этой фирмы
...

Для мобильных