Психолог и Я. Как школа может помочь проблемному подростку

Разделы    — ШкольникиПсихология
Когда ребенку плохо, очень важно, чтобы он не остался один на один со своей проблемой. Школьный психолог выступает как профессиональный друг, с которым можно поделиться и получить совет. Фото: Depositphotos.com

Трагедия в керченском колледже высветила много проблем. Одна из важнейших: за психическим здоровьем детей в учебных заведениях если и следят, то не всегда и не везде. Так, сейчас о "керченском стрелке" и преподаватели, и однокурсники говорят как об агрессивно настроенном и очень замкнутом молодом человеке. Вопрос: почему на это никто не обратил пристального внимания раньше?..

Теоретически в школе могут вычислить проблемного ребенка классные руководители и школьные психологи. Но с последними - как повезет. А учителей нередко больше волнует "эффективность" ребенка, его оценки, а не душевное состояние.

Эксперты единодушны: необходим постоянный мониторинг психологического состояния подростков. И сейчас во многих российских школах начали проводить специальное тестирование учеников. Но во что это может вылиться, нам рассказала читательница "РГ", сын которой учится в десятом классе одной из школ. "Я сегодня за Лизу из седьмого класса отвечал на психологический тест, и за это мне поставят пятерку по информатике, - заявил маме сын. И пояснил: учитель на последнем уроке попросил добровольцев принять участие в тестировании, с которым до этого плохо справились семиклассники. Вернее, его завалили с треском 80 процентов "тестируемых".

Что же случилось? Всего предлагалось четыре варианта ответа: "да", "скорее да", "нет", "скорее нет". Но, например, на вопрос, являешься ли ты футбольным фанатом, оказывается, нужно было отвечать только отрицательно. Среди других вопросов запомнились такие: бьет ли тебя отец, интересуется ли мама только твоими школьными достижениями, есть ли у тебя друзья.

В общем, ответы семиклашек, видимо, слишком разошлись с тем, что от них ожидали. И школа, чтобы исправить ситуацию, подключила к заполнению тестов старшеклассников.

- Сына и его одноклассников предварительно проинструктировали, как нужно отвечать на более чем 80 вопросов, - возмущается мама. - Для моего ребенка тестирование напоминало игру: ведь отвечал-то он не за себя, а за незнакомую девочку. А вот меня вся эта профанация заставила серьезно задуматься, что на самом деле школа, где дети проводят большую часть дня, знает о них, помимо оценок в школьном журнале.

Сегодня психологи есть далеко не во всех школах.

- Ставки планомерно сокращаются, - рассказала Оксана Мыц, больше десяти лет проработавшая психологом, а затем пять лет завучем в одной из престижных гимназий Екатеринбурга. - У нас в гимназии почти на тысячу учащихся работает только один специалист, хотя пять лет назад было двое. Но даже в таких условиях психолог, тем более когда он работает в тесной связке с классным руководителем, конечно, должен обратить внимание, если происходит что-то неладное. Особенно если несколько ребят травят одного. Должно насторожить, если подросток совсем один, если у него нет друзей.

В деятельности школьного психолога есть важный аспект: по закону он не может начать работать с подростком напрямую. Только с согласия родителей. И проблема в том, что далеко не каждый из пап-мам прислушается к специалисту. Нередко предпочитают отмахнуться: мол, ерунда.

30 тысяч школьных психологов работают сегодня в России

- Родители неохотно обращаются к школьному психологу, потому что не хотят выносить сор из избы. А вот дети, бывает, приходят. Просят помочь справиться со своей злостью, - говорит школьный психолог из Волгограда Светлана Сыпкова. - Психолог учит социально приемлемым способам выражать эмоции. Я выступаю как профессиональный друг, с которым можно поделиться и получить совет.

По ее словам, в помощь специалисту есть разные методики. Но никто не даст стопроцентную гарантию: это просто эпатаж или реальная угроза. Сигналом могут быть и рваные джинсы, и волосы зеленого цвета. Так подросток хочет выделиться. Бывает обратное стремление - слиться с фоном: темная одежда, капюшон, надвинутый даже в теплую погоду...

- Если нет доверия со стороны родителей психологическим службам, специалисты все равно должны дать рекомендации, куда и к кому обратиться, тогда ответственность за своевременную и необходимую помощь лежит уже на родителях, - уверена замдиректора по научно-методической работе новосибирского лицея № 12 Марина Колотова.

Часто слышишь о том, что школа сегодня не воспитывает, а только предоставляет образовательные услуги. Но, к счастью, далеко не везде дело обстоит именно так. Адреса положительного опыта есть, и немало.

В Ростовской области психологи работают практически в каждой школе. В штате одной из них - сразу два таких специалиста. В их обязанности входит тестирование учащихся с первого класса, консультации родителей. Не только по необходимости, но и по их желанию. А чтобы был результат, отмечает мама старшеклассника Екатерина Рыкова, разовой беседой здесь не обойдешься.

Однако факт остается фактом: чаще всего должность психолога совмещает учитель-предметник, проучившись на курсах повышения квалификации в пединституте в лучшем случае 9 месяцев.

- За это время нельзя постичь даже азы психологии, - уверен бывший школьный психолог Андрей Медведев. - Инструменты, которые школьный психолог использует для работы с детьми, наиболее простые. В основном это незамысловатое тестирование. На более сложную работу у школьного психолога нет ни знаний, ни времени, львиная доля которого уходит на всевозможные отчеты и планы.

И добавляет: изменить ситуацию можно, если назначать, скажем, на должность завуча по воспитательной работе именно психолога, который, как и завуч по учебной работе, был бы правой рукой директора.

На школьного психолога приходится более 800 учеников. По одним оценкам, уже хорошо, если будет 500, по другим - даже 200 детей - уже много

Другой вариант решения проблемы предложили в Ростове-на-Дону: там внедрили практику преподавания знаний психологии классным руководителям. Обучение проводят сотрудники городских центров психологии.

- К примеру, один из тренингов по формированию детского коллектива направлен на создание позитивной атмосферы среди учащихся: чтобы в классе не было группировок и детей, находящихся в психологической изоляции от сверстников, - объясняет директор муниципального центра психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи Ольга Суханова.

Член Европейской конфедерации психоаналитической психотерапии Екатерина Дударева отмечает: у школьного психолога должны быть навыки клинического психолога. Часть детей, совершивших известные акты массовой агрессии, страдали от психических расстройств, которые не были вовремя выявлены.

- Школьный психолог может сообщить родителям о тревожных симптомах и после вести ученика параллельно с психиатром, который назначит медикаментозную поддержку, - говорит Екатерина Дударева. - Он может предотвратить трагедию, если речь идет о доведенном до отчаяния подростке, которому не к кому обратиться за помощью. Думаю, нужно составить протокол действий школьного психолога. Это должен быть очень четкий, этически выверенный документ. Ведь подобная жалоба может быть обоснованной, а может стать просто инструментом для сведения счетов с неугодным одноклассником.

Компетентно

Текст: Ксения Колесникова

Процесс возвращения психологов в школы нужно ускорить. Об этом заявила министр просвещения Ольга Васильева. "Психолог должен быть буквально в каждой школе", - подчеркнула она.

Первые шаги уже сделаны: в России принята Концепция развития психологической службы в системе образования, которая должна быть реализована к 2025 году. Создан Федеральный ресурсный центр на базе РАО, который будет координировать работу региональных центров. Создан институт внештатных специалистов-психологов в федеральных округах и регионах. Запущен современный дата-центр, где будет собираться информация о результатах масштабных национальных исследований в области развития и психического здоровья школьников.

Кроме того, к концу года должна быть запущена виртуальная платформа. В ней для школьных психологов будет единая база тестов, опросников и других "рабочих инструментов". Что особенно важно, все они пройдут экспертную проверку: эффективность будет доказана реальными исследованиями на базе российских школ. О перспективах развития психологической службы в России "РГ" рассказала одна из разработчиков концепции, член-корреспондент РАО, завкафедрой возрастной психологии факультета психологии МГУ, доктор психологических наук Ольга Карабанова.

Сколько сейчас в России школьных психологов?

Карабанова: Примерно больше 30 тысяч. На одного специалиста - более 800 учеников. Так что психологов, конечно, не хватает. Причин несколько. Во-первых, недостаток финансирования, который особенно остро школы ощущали в 90-е годы. Тогда у директора стоял выбор: или учитель-предметник, или психолог. Во-вторых, работа эта очень непростая, и далеко не каждый может с ней справиться. По одним оценкам, уже хорошо, если на одного психолога будет 500 школьников, по другим - даже 200 детей - уже много. Но эта цифра для нас пока недостижимый идеал.

Да, прием на бюджет для будущих школьных психологов в вузы немного увеличился. Но массового выпуска новых специалистов придется ждать еще несколько лет. И не факт, что они пойдут работать в школы: пока - чуть больше половины. К сожалению, до сих пор зарплата школьного психолога остается существенно ниже, чем у педагога. А нагрузка зачастую ничуть не меньше.

Нужно ли менять программы подготовки школьных психологов?

Карабанова: Программы в вузах включают базовую часть (это фундаментальная подготовка) и вариативную. Вторую часть любой вуз может менять, исходя из социальных запросов и проблем, с которыми психологи сталкиваются все чаще: это насилие, агрессивное поведение в школах. С учетом новых вызовов должны меняться не только программы для студентов, но и курсы повышения квалификации для уже работающих специалистов. А этот процесс требует серьезной работы - подготовки учебно-методических материалов, преподавателей. И далеко не каждый вуз или региональный центр может адекватно с этим справиться.

Федеральный ресурсный центр - в помощь?

Карабанова: У него три важнейшие функции. Это курирование, организация работы региональных центров психологической помощи. Это накапливание и тиражирование лучших практик, опыта работы с детьми. Это непосредственная работа со специалистами. К сожалению, пока в России нет единой системы повышения квалификации школьных психологов, нет единых стандартов оказания профессиональной помощи. И, наконец, создание информационных ресурсов... Всем этим будет заниматься ресурсный центр.

Какие еще проблемы есть?

Карабанова: Самое главное: даже если на одного психолога будет приходиться 20 детей, все равно он один не сможет решить все проблемы ребенка. Нужна система, в которую будут включены и социальные службы, и школа, и комиссии по делам несовершеннолетних, и система допобразования, и детские, и молодежные общественные организации. Все это должно работать комплексно и эффективно.

Мнение

Текст: Владимир Емельяненко , Ксения Колесникова

Владимир Кудрявцев, профессор Института психологии РГГУ и МГППУ:

- Случай, о котором рассказала читательница "РГ", никакого отношения к качественному психологическому тестированию не имеет. Это анкетирование, причем самодеятельное. И когда ему пытаются придать статус "репрезентативности", это скорее похоже на меры дисциплинарного воздействия. В конце 80-х годов известный психолог Александр Асмолов провел колоссальную работу по появлению в школе психологии как исследовательской науки, изучающей индивидуальность ребенка. Он четко зафиксировал роль школьного психолога и сформировал принцип его работы в школе: посредник между взрослым миром и детьми. Но кризис 90-х не дал развиться этой парадигме. И в школьные психологи "переквалифицировались" разные люди. Есть среди них и профессионалы. Но при содействии руководства образовательных учреждений, часто не знающих, в каком направлении развивать психологию в школе, поскольку по-прежнему нет инструментария, они сводят роль психолога до уровня "правильного" написания отчетности подконтрольным органам и до работы по совместительству - учителями-предметниками. Отсюда - анкетирование и отношение к психологии как к статистике, а также низведение психолога до уровня "борца" за показатели благопристойности. Это опасно тем, что вместо науки школьная психология может стать способом манипулирования.

Варвара Делибалт, доцент факультета юридической психологии МГППУ:

- Именно учитель может первым заметить, что ребенку нужна помощь психолога. Тут мощным подспорьем станет Навигатор профилактики отклоняющегося поведения, разработанный нашим университетом специально для педагогов. Из него, например, можно узнать список популярных у школьников, но смертельно опасных увлечений: зацепинг, руфинг, экстремальное селфи и другие…

Каждый вид девиантного поведения (рискованное, суицидальное, зависимое и другие) имеет свои признаки. Может проявляться в виде физического или психологического насилия, направленного на учеников или учителей, в том числе и в интернете.

Если ребенок постоянно в подавленном настроении, сторонится одноклассников, избегает массовых мероприятий в школе, негативно реагирует на сигнал нового сообщения на смартфоне, наносит себе порезы, ожоги и т.д. - все это должно настораживать. В некоторых случаях именно длительная травля становится одним из факторов, когда жертва, не получая помощи, выплескивает свое состояние в агрессивных действиях.

Необходимо подбирать чувствительные тесты, позволяющие своевременно помочь ребенку. Есть и отечественные разработки, и зарубежные. Однако существует острая потребность в масштабных исследованиях современного детства, выстроенных по единой схеме на территории всей страны.

Ольга Бухарова, Ирина Варламова, Алена Ларина, Елена Мационг, Роман Мерзляков, Наталья Решетникова

"Российская газета"

Материал опубликован 30.10.2018