Кому он нужен, этот хайп? Виноват ли сленг в разобщении детей и родителей

Разделы    — ПсихологияВоспитание
Современные дети с раннего возраста осваивают интернет-пространство. © / pixabay.com

Благодаря Интернету новые слова, кажется, «рождаются» ежедневно, но большинство из них непонятны людям старшего поколения.

Поколение Х, или родители нынешних подростков, росло в то время, когда в стране была стабильность, но не было интернета. Поколение Z развивается в век чатов, мессенджеров, сообществ. Они вроде бы вместе, но каждый в своём гаджете. А заговорят - что ни слово, то загадка для неофитов. Что значит «хайп»? Что такое «лол»? Синонимом чего является «флексить»?

Досье
Мария Котюрова родилась в 1939 году в д. Нижний Чёкур. Осинского района. Окончила Осинское педучилище (1957) и филфак ПГУ (1965). Советский и российский лингвист, доктор филологических наук, один из лидеров научного направления «Функциональная стилистика». С 1993 по 2006 год заведовала кафедрой русского языка и стилистики ПГНИУ, сейчас – профессор этой кафедры.

О том, как представителям разных поколений понимать друг друга без переводчика, почему культуру речи нельзя отделять от человека и насколько интернет-сленг влияет на русский язык, корреспонденту «АиФ-Прикамье» рассказала профессор кафедры русского языка и стилистики ПГНИУ Мария Котюрова.

Интерес к человеку

Вера Шуваева, «АиФ-Прикамье»: Мария Павловна, в непонимании, растущем между детьми и родителями, многие люди старшего поколения винят интернет. Мол, Сеть, в которой молодёжь проводит массу времени, уводит из реального мира. Даже словечки у них там какие-то свои, непонятные. Вы тоже так считаете?

Мария Котюрова: Нет. Потому что ни компьютер, ни интернет сами по себе не воспитывают чувства. Какие чувства передаются при общении – вот что мне кажется важным. Для чего вообще мы говорим? Чтобы общаться с другими людьми. Общаться! Несмотря на то, что нас разъединяет, допустим, возраст, или профессия, или ещё что-то, у нас есть и общее. И это общее – интерес к человеку, необходимый каждому.

К понятию «культура речи» мне всегда хочется добавить слово «человека». Чтобы подчеркнуть, что отделять её от человека нельзя. Да, представление о богатстве языка, о синонимах, антонимах, эпитетах и т. д. школа, конечно, даст, научит. Но научить тому, как пользоваться этим богатством, способна лишь семья. Ведь именно в семье учат проявлять интерес к человеку. К любому человеку. Как? Только в речи! Поэтому мой главный, если можно так выразиться, пафос – это традиция воспитания культуры речи, культуры общения.

- Хорошо, вот конкретная ситуация: молодой человек обращается к маме или бабушке, через слово используя неизвестные им термины поколения Z. Как реагировать?

- Не кричать: «Опять за своё?! Ты что, издеваешься?» или что-нибудь в том же духе. А как можно спокойнее сказать: «Ну, ты же понимаешь, что я этих слов не знаю. Ты сначала объясни мне, что они означают». Культура коммуникации – в этом.

Бабушкино поучение

- А в общении со студентами вам сильно мешают их нынешние новомодные словечки?

- Абсолютно не мешают. Как врач не будет говорить со мной только медицинскими терминами, так и студенты - использовать лишь молодёжный сленг. Ну, я улыбнусь, показывая, что какие-то из их словечек я и не слышала никогда. И что? Ничего ужасного тут нет. Проблема разобщения поколений вовсе не в этом, а в том, что не соблюдаются общечеловеческие ценности.

- Те, что изложены в 10 заповедях?

- И в них, и в максимах Грайса. Всё давно сформулировано. Но разве редки семьи, где муж кричит на жену, жена унижает мужа, и всё это в присутствии ребёнка? Нет уважения к другим людям – ни к детям, ни к старшему поколению.

Мне было лет пять, когда бабушка сказала однажды: «Я старый человек, я могу что-то забыть. А ты маленькая, ты помнишь, но ты мне не подсказывай!» Это после того как в разговоре с соседкой, при котором я присутствовала, бабушка что-то перепутала, и я её поправила. В детстве и потом, в молодости, у меня была привычка поправлять своих ровесников по части неправильных слов, ударений, но бабушку – больше никогда. После того единственного её замечания-поучения, сделанного, кстати, с мягкой улыбкой. И не во время общего разговора, а когда мы остались вдвоём. А бабушка была неграмотным человеком, владела только диалектной речью. Но разве в этом дело?

Из нашей речи (а сначала из жизни!) уходят нравственные понятия, эмоциональные оттенки, которые передаются в первую очередь родителями и учителями. Так, в академическом словаре русского языка XIX века было 160 слов с корнем «люб», а в современных - только 40. Причём за полтора века не появилось ни одного нового.

- Если сегодня вы слышите, что кто-то употребляет неверное слово или не там ставит ударение, тоже поправляете?

- Своих студентов – да: это относится к обучению. А в транспорте, в других общественных местах – нет, конечно. Хотя, когда слышу, как говорят, например, некоторые пермские радиоведущие, - очень хочется. Но это дело школы, вуза, семьи. И главное, здесь необходима целостность. От того, что научишь одному слову, ничего в культуре речи человека не изменится.

Что губит язык?

- Сказывается ли на «великом и могучем» поголовное использование молодёжью в соцсетях особого языка, когда слова намеренно искажаются: аффтар, превед и т. д.?

- К счастью, я не сталкиваюсь с таким ужасом, поскольку соцсетями не пользуюсь. Что касается влияния, то сам русский язык от этого не страдает. Страдает речь его пользователей. Падение грамотности в последние годы стало уже притчей во языцех, но она действительно очень упала – ещё со времён введения ЕГЭ. Влияет, безусловно, и сознательное искажение слов. Разговорная речь, в том числе в интернете, - это наше детище, а пользователи бездумно, но целенаправленно не просто портят родной язык, а губят его. Ведь количество всегда переходит в качество.

- Засилье иностранных слов в нынешней жизни вас раздражает?

- Меня раздражает только бранная лексика. Да, появляется много новых, иноязычных слов, которых уже не найти в словарях. И как здесь, вслед за профессором Михаилом Эпштейном (Михаил Эпштейн - член Академии российской современной словесности. – Ред.), не признать с горечью, что английский язык является языком-донором, а русский - языком-импортёром. До начала XX века в русском и английском языках было примерно по 200 тысяч слов. А в 1940 году в самом полном для советской эпохи Толковом словаре русского языка Ушакова – всего 80 тысяч, тогда как в словаре английского языка 1934 года - уже 600 тысяч слов.

Глоссарий для родителей

Извечную проблему отношений отцов и детей будет легче решить и коммуникацию наладить, если знать язык нового поколения. Вот несколько слов из этого словаря.

Байтить - от англ. to bite one’s style – копировать чей-то стиль, подражать чьей-то манере. Байтят скорее стиль в целом, чем отдельные элементы.

Бинджвотчинг - от англ. binge – запой и watch – смотреть. На русский это можно перевести как «запойный просмотр». Например, в выходные просмотр сразу всего сезона любимого сериала.

Кек - ироничный (зачастую злорадный, издевательский) смех. Кеком могут назвать и человека, попавшего в глупое положение.

Рофлить – хохотать до упаду, как сказали бы наши бабушки.

Флексить – хвастаться, выставлять напоказ шмотки, деньги, авто и т. д. Флекс – синоним бахвальства.

Фотобомбинг - искусство влезть в чей-нибудь тщательно выстроенный кадр.

Фуди - от англ. foodie – гурман. От старорежимных гурманов фуди отличаются любовью к стрит-фуду и комфорт-фуду. Фуди не обязан так уж любить еду, но обязан много о ней знать.

Хайп – от англ. hype. Синонимами его можно считать французский ажиотаж или русскую шумиху. Но хайп - это именно хайп: истерика вокруг какого-либо гаджета, приложения, сайта или персоны.

Вера Шуваева

«Аргументы и Факты»

Материал опубликован 05.12.2017